Алексей Широпаев о "Белой гвардии" Снежкина.

m-gluk 09.03.2012 в 11:42

Кинофильм Сергея Снежкина «Белая гвардия», а в неменьшей степени и сам премьерный телепоказ, явно приуроченный ко дню президентских выборов, стали событием. Сразу скажу, фильм, на мой взгляд, получился весьма приличный, качественный. Хороши постановка, работа художника, оператора, прекрасна киевская натура, отлично пошита офицерская форма. Весьма убедительны Ксения Раппопорт и Константин Хабенский в ролях Елены и Алексея Турбиных. Очень хорош полковник Най-Турс в исполнении Серебрякова – с таким командиром действительно умирать не страшно. Но я хотел бы поговорить об этом фильме и самом романе Булгакова – великолепном романе! – прежде всего в плане истории и актуальной российской политики.

В фильме выдержан некий исторический ракурс, позволяющий более ясно осознать, что собой представляют главные герои. Да, они белогвардейцы, русский образованный, состоятельный класс. Но это далеко не все, в таком понимании булгаковских героев нет ничего нового. Фильм высвечивает их в еще одном, главном качестве: в качестве имперской колониальной элиты с соответствующим типом сознания. Да, эти люди на протяжении многих поколений живут в Украине, но, тем не менее, они остаются колониальной элитой, для которой украинский язык странен и нелеп, а сама идея украинской самостийности просто вне обсуждения. Вот – единственный верный ключ к пониманию ситуации. Обратите внимание, как легко на улицах Киева, занятого Петлюрой, украинцы узнавали переодетых юнкеров и офицеров: это другой тип, другой народ. Фильм помогает лучше понять: Булгаков писал вовсе не о гражданской войне, не о противостоянии белых и красных. Последние вообще где-то далеко, фоном, как темная снеговая туча. Булгаков писал о положении имперских русских, оказавшихся в восставшей колонии. Собственно, об этом со своей точки зрения говорит депутат киевского облсовета Андрей Ильенко: «…роман интересен тем, что в нем описана победа украинцев и конец того мещанского русского Киева, конец ”русского мира” в Киеве. После этого тяжело говорить уже, что в 20 веке мы проиграли. Ведь в начале XX столетия Киев был фактически российско-польским городом, а в конце стал абсолютно украинским. Мы, потомки селян и казаков, которые выгоняли из Киева белогвардейцев».

Булгаков, разумеется, на стороне русских, точнее, на стороне империи, а украинцев, чего греха таить, изображает темной, туповатой, жестокой массой. Пожалуй, герои Булгакова даже к большевикам относятся с большим пониманием, чем к петлюровцам: ведь большевики – в Москве, а там – «почва». В пьесе «Дни Турбиных», созданной Булгаковым на основе романа «Белая гвардия», эта позиция становится уже явной. Собственно, в репертуаре советских театров «Дни Турбиных» оставались лишь потому, что в ней показано морально-политическое разоружение белых перед большевиками. Белые там признают некую историческую правоту большевиков, прежде всего – имперскую правоту. Как только большевики представали перед белыми в качестве имперской силы – белые перед ними разоружались, это было довольно типичное явление, позднее давшее в эмиграции импульс сменовеховству, евразийству, совпатриотизму, движению за возвращение «на родину». Данное обстоятельство говорит лишь о том, что антибольшевизм никогда не был у белых внутренне главным принципом. Главным для них была Россия-империя как самодовлеющая, безусловная ценность. В чем суть киевской коллизии декабря 1918 года? В том, что белые, а проще говоря, русское офицерство выступило против украинского национально-освободительного движения и украинской государственности как старая, отжившая имперская сила (подобную позицию белые заняли и в Латвии по отношению к Улманису в1919 г.). В этом суть драмы этих людей. Они оказались между двух огней: между антиимперскими национальными движениями окраин и большевиками в Москве. Но как только часть белых, причем немалая часть, стала сознавать, что большевики, сами того пока не желая, выступают как новая, эффективная имперская сила – она разоружилась перед большевиками и даже пошла на сотрудничество с ними. Примеров тому множество. Петлюра и Улманис были для Брусилова, Потапова и др. военспецов страшнее, чем Троцкий.

В советское время старались не вслушиваться в антиукраинскую ноту, столь явно звучащую в романе «Белая гвардия», и это понятно: во-первых, «дружба народов», а во-вторых, зачем напоминать украинцам, что у них относительно недавно, в 1917-20 гг., была независимая Украинская народная республика (УНР), опиравшаяся на массовую поддержку? Однако, сейчас ситуация изменилась. Империя осталась, но Украина умудрилась-таки из нее вывалиться и даже заявить о своей европейской ориентации. И тогда в ответ в полной мере проявилось подлинное, ранее сдерживаемое, отношение имперской Москвы к Украине: на протяжении многих лет мы видим, как кремль стремится всячески подорвать украинский суверенитет, дискредитировать украинскую идентичность, представить ее ущербной и несостоятельной, опереточной. «Идея российской нации не предполагает отдельное украинское национальное государство, - констатирует киевский политолог Вадим Карасев. – Есть такая точка зрения, и на уровне элиты, что общерусская нация включает в себя и украинскую». Это так, и вот поэтому сегодня роман Булгакова стал в России весьма востребованным, более того, он оказался в эпицентре смыслов путинского агитпропа, для которого явился материалом гораздо более многообещающим, чем, скажем, «Тарас Бульба» Гоголя.

Фильм и его премьера содержат два взаимосвязанных посыла. Во-первых, предостережение от гражданской войны, в которую, по мнению кремлевских политологов, нас толкает «оранжевая» оппозиция. Именно в этом смысле должна воздействовать на российского обывателя уютная квартира Турбиных с ее кремовыми шторами, елкой, содрогаемой не столь далекой канонадой. А во-вторых, «оранжевая революция» немедленно увязывается в зрительском сознании с ее родиной, с самостийной Украиной, и, соответственно, со всеми этими страшными, дикими петлюровцами, которым противостоят прекрасные, интеллигентные русские люди в золотых погонах. Более того: создатели фильма решили, что антиукраинские ноты звучат в романе Булгакова недостаточно сильно и внятно. Чтобы сгустить ленту, сделать ее более наглядной с точки зрения кремлевской пропаганды, трио сценаристов-антибандуристов (Марина Дяченко, Сергей Дяченко, Сергей Снежкин) внесло целый ряд сцен, отсутствующих в романе. В результате петлюровский полковник Козырь (совершенно эпизодический у Булгакова) становится в фильме кромешным олицетворением украинской самостийности. Он с садистским наслаждением лупцует нагайкой своего ординарца. Он в тупой злобе шашкой разваливает надвое школьный глобус, а затем сжигает и саму школу – потому что она «москальская». Когда подчиненные робко предлагают ему школу не сжигать, а всего лишь переосвятить, Козырь отвечает, что попы – тоже «москальские», так что, мол, надо только жечь. По приказу Козыря на голых плечах пленного юнкера ножом вырезают «погоны». Тут, кстати, явная ошибка, на мой взгляд, выдающая перо сценаристов. «Дайте ему капитана, - командует Козырь, - один просвет, четыре звезды». Дело в том, что это знаки различия капитана в советской и российской армии. В царской и, соответственно, белой армии капитан – это один просвет без звезд, а то, что называет в фильме Козырь – это штабс-капитан, т.е. на ступеньку ниже капитана. Ну да ладно, детали…

Далее, по приказу отморозка Козыря на киевском митинге в честь приезда Петлюры прямо на трибуне рубят выступающего украинского поэта – за то, что он «плохо говорит по-украински». Там же, на площади перед Софийским собором, происходит следующая дикая сцена, тоже отсутствующая в романе. Козырь приказывает священникам отпеть своего погибшего ординарца в соборе как героя. «Может, мы потом его нашим украинским святым сделаем, мучеником киевским», - говорит мрачный Козырь устами Сергея Гармаша, четко давая понять российскому зрителю, откуда взялись все эти национальные герои нынешней Украины и чего они стоят. В конце концов, кинематографический Козырь картинно погибает от руки Алексея Турбина, который таким образом вершит акт возмездия за зверские пытки над русской дворянкой, женой убитого офицера (здесь расторопные сценаристы использовали фабулу булгаковского рассказа «Я убил»). В эти несколько выстрелов из нагана авторы фильма, похоже, вложили всю свое отношение к «незалежникам». Турбин же чудом спасается…

Надо сказать, сама российская политическая действительность как бы помогает авторам фильма донести до зрителя их «месседж». В фильме есть эпизод, опять же отсутствующий в романе: большевистские агенты наблюдают с колокольни за многотысячной толпой киевлян, вышедших встречать главного атамана Петлюру – человеческое море, расцвеченное рябью желто-голубых флагов. «Надо же, - с радостным удивлением говорит один из большевиков, глядя вниз, - как бараны, ну честное слово, как бараны!..». Нетрудно предположить, что в сознании российского агрессивно-послушного обывателя эта картинка должна рождать ассоциации с «оранжевыми» митингами на Болотной и Сахарова (хотя эпитет «бараны» по праву относится к толпившимся на Поклонной). Но главное в том, что репликой про «баранов» авторы фильма свысока – что называется, с высокой колокольни! – плюнули в украинский народ и нынешнюю суверенную Украину, чтящую память об УНР. Спрашивается, можно ли говорить о каких-либо нормальных российско-украинских отношениях, если Москва устраивает знаковые кинопремьеры, по сути, провокативные политические акции, нацеленные против основ украинской идентичности?

Появление такого, по уши сидящего в актуальной политике, фильма, разумеется, не случайно. Как я уже писал где-то, кремль хочет поссорить нас с нашими соседями, но не со всеми, а с некоторыми. Скажем, с казахами, киргизами или таджиками нас никто ссорить не собирается, даже напротив. Ссорят нас с прибалтами, с грузинами, с украинцами. Кремль добивается, чтобы они ассоциировали нас, русских граждан, с ним, кремлем. Он хочет, чтобы русских ненавидели и чтобы русские ненавидели тоже. Эта закольцованная ненависть призвана повязать нас с режимом общей судьбой, а, возможно, и кровью, как в августе-2008. В этом и состоит нехитрая технология выживания всех тираний, именуемая патриотизмом. В таком смысле патриотизм действительно «последнее прибежище негодяев», если под негодяями подразумевать властный российский политический клан. Повторяю, питается такой патриотизм ненавистью, но на второе у него кровь, вот о чем надо помнить нашим мастерам культуры, в том числе и авторам добротного фильма «Белая гвардия». Что же касается автора романа… Вряд ли он, не любивший чекистов, мог предположить, что его блистательное, тонкое произведение, пронизанное лиризмом и мощными бытийными ритмами, почти столетие спустя станет козырем системы, ядро которой составят наследники ГПУ. Такая уж каверзная, а порой и подлая штука – политика. Да и вообще жизнь…

http://shiropaev.livejournal.com/93054.html#cutid1

{ 1 Комментариев }

ТОП-30 самых ожидаемых фильмов 2011 года

m-gluk 25.03.2011 в 11:16

http://www.cineticle.com/blog/top30-films-2011.html

Несмотря на то, что на завершившемся недавно Берлинском кинофестивале показали последние картины Белы Тарра и Ульриха Кёлера, большинство главных фильмов года все еще ждут нас впереди. Недавно были объявлены первые прогнозы на Каннский кинофестиваль, стали известны фильмы, которые могут пополнить конкурс Венеции. Кроме того некоторые режиссеры наконец-то объявили о завершении съемочных процессов своих последних работ. В связи с этим Сineticle составил список 30-ти самых ожидаемых фильмов 2011 года: фильмов, которые мы ждем и в которые верим, как в произведения искусства, все еще способные удивлять и привносить в кино что-то новое.



1. Древо жизни (The Tree Of Life), Терренс Малик

Пусть в «Древе жизни» в главной роли Брэд Питт, пусть во многом настораживающий синопсис и трейлеры, напоминающие вылощенную рекламу моющего средства, но это фильм Терренса Малика. Фильм режиссера, фамилией которого на сегодня подписаны лишь четыре картины. «Древо жизни» должно стать пятой. А ведь мы прекрасно помним, что до этого, за 37 лет минувших с дебютных «Пустошей», Малик всегда был режиссером, снимающим мало и подолгу, но зато достигая в каждом из своих фильмов настоящего совершенства. Безусловно, самый ожидаемый фильм года!

2. Песнь о Мандрене (Les Chants de Mandrin), Рабах Амер-Займеш

Каждый фильм уникального автора Рабаха Амер-Займеша по-своему отличителен и великолепен. Находясь в поиске между политически ангажированным примитивизмом и эффектными киноаллюзиями, Амер-Займеш не дает возможности предугадать ощущения от своей следующей работы. Трудно поверить и легко удивится, но в этот раз он снимает исторический фильм о средневековом бандите Луи Мандрине, где в главных ролях актеры и режиссеры Ипполит Жирардо и Жак Ноло.

3. Убийца (The Assassin), Хоу Сяосянь

Хоу Сяосянь планировал выпустить The Assassin еще в 2010-м, однако теперь нам лишь остается надеяться, что фильм все же не будет перенесен на 2012 год и его премьера состоится на нынешнем Венецианском кинофестивале. The Assassin – это история девушки, которую похитила буддийская монахиня. Она сделала из нее безжалостную убийцу, вершащую правосудие во благо высшей цели. В этой истории есть что-то от тарантиновских влюбленностей в азиатские экшены. Однако – это фильм Хоу Сяосяня, одного из самых внимательных и величайших наблюдателей нашего времени. И подобное противоречие может подарить нам один из самых прекрасных фильмов нынешнего года.

4. Рай (Paradies), Ульрих Зайдль

Со времен последнего фильма Зайдля «Импорт-Экспорт» прошло уже более пяти лет. Время все же немалое. Однако Paradies похоже вновь должен напомнить о важной кинематографии австрийца, где грань документального и игрового кино соединяется воедино и где все происходящее показано словно под микроскопом. В центре сюжета его нового фильма три истории – о трех женщинах, их возможностях рая и любви. Первая из женщин уезжает в Кению с целью секс-туризма, вторая – из любви к Иисусу пытается вернуть австрийский народ к католицизму, а третья, самая юная, – отправляется в лагерь для того, что бы потерять невинность и побороть свой излишний вес.

5. Открытки из зоопарка (Postcards from the Zoo), Эдвин

Новый фильм индонезийца Эдвина обещает стать одним из самых загадочных и интересных событий года. Самого Эдвина можно сколько угодно называть продолжателем традиций Мигеля Гомеша и Альберта Серра, либо же именовать наследником Цай Мин-ляня, или злорадно выискивать в нем открыточные сантименты самого известного фильма Жене. Но этим все равно не передашь то волшебство, которое он привносит в свой кинематограф. В Postcards from the Zoo речь идет о любви юной девушки и уличного мага. Знакомство, расставание, чудачества, скитания по улицам Джакарты и вселенское чувство грусти и одиночества. Неизвестно будут ли герои петь (смотри Blind Pig Who Wants to Fly), но это именно тот фильм, который мы так ждем, как целительный глоток свежего воздуха.

6. Мальчик на велосипеде (Le Gamin Au Vélo), Жан-Пьер Дарденн, Люк Дарденн


Братья Дарденн, которые в своем прошлом фильме Lorna's Silence (2008) прямо ставили вопрос о том, можно ли убежать от неуютного мира их фильмов, похоже, снова в него возвращаются. Заявленный сюжет об 11-ти летнем парне с велосипедом (неореалистический символ) от которого отказывается отец, после чего за ним приходится ухаживать случайной женщине, перекликается с историей братьев L'enfant (2005) и, возможно, с классической Gloria (1980) Джона Кассаветиса.

7. Симон-убийца (Simon Killer), Антонио Кампос

Кампосу всего 29 лет, на его счету один полнометражный фильм и несколько короткометражек. Но при этом его новую ленту можно смело считать одним из самых ожидаемых событий года. Кто видел Afterschool тот, безусловно, поймет восторженность этих ожиданий, кто нет – тот либо будет разочарован, либо имеет все шансы стать маленьким первооткрывателем новой важной кинематографии XXI века. В Simon Killer нас ждет меланхоличное путешествие по Парижу – с его открыточными видами и последующим погружением в районы, о которых не принято говорить в слух. Помня же об Afterschool, можно еще и ждать каких-то восхитительных недосказанностей и тончайших связей, исполненных невесомости.

8. Империя (The Empire), Бруно Дюмон


Философ-маргинал Бруно Дюмон своей новой работой L'empire продолжает свой байолевский цикл: картина снимается во французской Фландрии и, похоже, способна стать самым аскетическим фильмом режиссера. Каждым новым своим фильмом Дюмон все более уверенно напоминает о присутствии мистических граней мироустройства. При этом в L'empire по слухам заявлено присутствие самого дьявола.

9. Стыд (Shame), Стив МакКуин


Лондонский художник Стив МакКуин, дебютировавший в кино три года назад с экспрессионистским и политическим панегириком Hunger (2008), снова снимает актера Майкла Фассбендера в своей новой ленте Shame. Действие картины происходит в Нью-Йорке. Ее тема секс, перверсии и насилие. МакКуин, уже доказавший свою бескомпромиссность в исследовании природы человеческого зла и упрямства, снова обещает быть честным и провокационным.

10. Любители (Les Amants), Николас Клотц

То что Клотц предельно чуток к трагедии сегодняшнего мира (смотри его «трилогию современности»), мы могли окончательно убедиться на «Человеческом факторе». Его новый фильм снова рассказывает об общности, или вернее о попытке общности: где есть группа молодых людей, которые образуют замкнутую группу; есть Кармен, встречающая афганского студента Хуссейна и судя из синопсиса, есть проблема его депортации из страны. Добавьте к этому неизменное переосмысление философии или социологии, мастерство работы с киноязыком - и из всего этого, пожалуй, получится лишь малая часть того, что мы так ожидаем в работе Николаса Клотца.



11. Меланхолия (Melancholia), Ларс фон Триер

Триер называет «Меланхолию» «психологическим фильмом катастрофой» и «красивым фильмом о конце мира». В центре сюжета история двух сестер, непростых отношений, которые происходят на фоне приближающегося апокалипсиса (на Землю движется планета, превосходящая ее по размерам). В ролях звездный состав с Кирстен Данст, Шарлоттой Гинзбург, Кифером Сазерлендом, Шарлоттой Ремплинг, Джоном Хартом, Александром Скарсгардом и Удо Киром. В титрах режиссер, чья фамилия сегодня сравнима по своему звучанию со «Спилбергом» или «Лукасом».

12. Причуда Олмейера (La folie Almayer), Шанталь Акерман


Шанталь Акерман сняла фильм по новелле сложного романиста Джозефа Конрада, повествующей о голландце и его дочери, которые ищут пиратские сокровища в Малайзии. Новелла Конрада увидела свет в 1896-м, действие фильма перенесено в 1950-е годы. Не очень понятно куда сейчас движется кинематограф Акерман, но не дожидаться ее фильма будет просто не честно.

13. Фауст, Александр Сокуров

Говоря о «Фаусте» Александра Сокурова, часто вспоминают мечту Тарковского об этой постановке, навеивая тем самым ожидания глубокого и холодного откровения. Своего «Фауста» Сокуров начал снимать по инициативе Владимира Путина. Снимал по всей Европе: от Ватикана до Исландии, на английском и немецком языках. В основе сценария Юрия Арабова первая часть творения Гете. Сокуров говорит: «Фауст – глубокие культурные тылы, от которых цивилизация далеко убежала» и ставит «Фауста» в ряд с картинами «Телец», «Молох» и «Солнце», как завершающую часть своих размышлений о природе власти и безумия.

14. Любовь и ссадины (Love And Bruises), Лоу Е

У Лоу Е всегда была очень чувственная режиссура, чуткость которой могла бы быть сравнима и с Клер Дени. Жесты, нервные переходы, внимательное всматривание в отношения между героями. Свой новый фильм Лоу снял полностью в Париже. Именно здесь разворачиваемся история любви, граничащей с жестокостью. Он и она, страсть. Она испытывает его - унижениями, поступками, - доходя до последней допустимой грани. Лоу Е имеет все шансы стать новым поэтом чувственности, тем кому, похоже, так и не удалось стать Чан Ань Хунгу с его все большим погружением в мейнстрим. В Лоу, по крайней мере, хочется верить еще и в связи с его долгожданной свободой. Love And Bruises – первый фильм, где режиссеру не нужно было бороться с китайской цензурой или с тотальным поиском денег. Плюс в фильме одну из главных ролей играет Тахар Рахим – лучшее, что было в последнем фильме Жака Одиара.

15. Жаркое лето (Un ete brulant), Филипп Гаррель


В своем новом фильме Филипп Гаррель вновь возвращается к теме потери возлюбленной. В Un ete brulant речь идет о художнике, переживающим потерю жены-актрисы. Причем в этот раз Гаррель, кажется, идет от обратного, изменяя общепринятой системе повествования. Все начинается с трагедии, но после вся история возвращается на год назад, где художник и его возлюбленная еще вместе и ничего не предвещает беды. При этом одну из ролей вновь играет сын Филиппа – Луи Гаррель, вместе с которым в фильме снялась и Моника Белуччи.

16. Апполинида (L'Appolinide), Бертран Бонелло

От Бонелло всегда ждешь настоящего откровения – изощренного, безжалостного, предельно внимательного к любым человеческим изъянам. Все действие «Аполлониды» или «Воспоминания о закрытом заведении» (Souvenirs de la maison close) происходит в одном парижском борделе начала 20-го века. Один из клиентов жестоко глумится над проституткой, вырезав у нее на лице трагическую улыбку. Вокруг ее истории и выстраиваются маленькие жизни остальных обитательниц этого закрытого заведения, где ни одна из девушек ничего не знает о внешнем мире.

17. Самая одинокая планета (The Loneliest Planet), Юлия Локтев

«День, ночь, день, ночь» - первый фильм Юлии Локтев, американского режиссера русского происхождения, стал в 2006 году настоящим откровением. The Loneliest Planet – лишь вторая режиссерская работа Локтев, но ожидания от нее куда больше чем от многих «раскрученных» режиссеров. У Локтев совершенно прекрасный киноязык. В ее новой картине рассказывается о молодой паре (Гаэль Гарсиа Берналь и Хани Фастенберг), оказавшейся в горах Кавказа в период очередного военного конфликта. Подобная завязка не должна отпугивать – Локтев уже доказала, как мастерски может совмещать политику и искусство высшей пробы.

18. Беспокойство (Restless), Гас Ван Сент

Смертельно больная девочка-подросток влюбляется в парня, любящего посещать похороны и переживающего потерю семьи. Они помогают друг-другу примириться с болью и, то и дело, встречаются с призраком японского летчика-камикадзе времен Второй мировой войны. Ван Сент сегодня интересен как раз своей непредсказуемостью. Плюс в «Беспокойстве» играет сын Денниса Хоппера – Генри. Сам же фильм по трейлерам еще и чем-то напоминает восхитительный дебют Френка Перри «Дэвид и Лиза».

19. Альпы (Alps), Гиоргос Латимос


После сжатой патологической семейной саги Dogtooth (2009) в своем новом фильме Alps Гиоргос Латимос обещает еще более темное и смешное кино о смерти, измене и боли. Лантимос настаивает, что и в жестоком Dogtooth было достаточно забавного и, похоже, снова собирается развивать это противоречия. История о медсестре, помогающей семьям, потерявшим близких людей, за определенную плату заменяя умерших.

20. Сечение (Cut), Амир Надери


Амир Надери – иранский режиссер, последние двадцать лет проживший в Нью-Йорке, свой новый фильм отправился снимать в Токио по сценарию другого известного режиссера Синдзи Аояма (Eureka, 2000). Во что выльется совместная работа столь далеких и неординарных кинематографистов трудно даже представить. Надери, например, говорит, что уже давно мечтал снять фильм о луне.



21. Темная лошадка (Dark Horse), Тодд Солондз

Тодд Солондз все же очень стабильный режиссер, каждый фильм которого – маленькое событие. Будь-то недавние «Жизнь в военное время» или «Перевертыши». В Dark Horse, речь идет о мужчине с задержкой в умственном развитии, который однажды решается завязать отношения с умственно отсталой женщиной. При этом он живет с родителями, коллекционирует игрушки и работает у отца. Описание настораживает, но гений Солондза похоже из любой истории способен сделать величайшую трагикомедию о современном обществе. Вот только будет ли все столь буквально?


22. Любовь (Amour), Михаэль Ханеке


Иногда кажется, что Михаэль Ханеке сказал все, о чем должен был сказать, сняв важные философские циклы о животной природе каждого из нас, о миграции, о природе видео; до невозможности скрупулёзно экранизировал Кафку; наконец, освоил территорию псевдоклассического повествования, за что вполне заслужено и получил Каннский главный приз два года назад из рук своей актрисы Изабель Юппер. Как раз Юппер, а также Жан-Луи Трентиньяна и Эмманюэль Рива в роли семьи музыкальных педагогов Ханеке снимает в своем новом фильме Amour. И меньше всего хочется, чтобы эта картина была на что-либо похожей.

23. Замочная скважина (Keyhole), Гай Мэддин


Свою новую жуткую ироничную фантазию-лабиринт Мэдин создает при участии своей музы Изабеллы Роселлинни и демонического Удо Кира. Также заявлен герой по имени Одиссей, который путешествует по комнатам собственного дома с воскресшей утопленницей. Сам Мэдин называет свой фильм криминальным и намекает на то, что пытался адаптировать вовсе не Гомера, а «Пентесилею» Генриха фон Клейста.

24. Должно быть место (This Must Be The Place), Паоло Соррентино


Итальянец Соррентино, прославившийся вибрирующей и сочной политической сатирой на пожизненного сенатора Италии Джулио Андреотти Il divo, снимает свой первый англоязычный фильм. В новой работе Соррентино This Must Be The Place Шон Пенн накрасит губы, распрямит волосы и сыграет глэм-рок ветерана, который будет сводить счеты с бывшими нацистами, эмигрировавшими в США.

25. Опасный метод (A Dangerous Method), Дэвид Кроненберг

Очень спорный и неоднозначный фильм Кроненберга. Настораживает здесь многое: и сюжет (история любовного треугольника Карла Юнга, Зигмунда Фрейда и их 18-летней пациентки); и Кира Найтли в роли этой самой пациентки по имени Сабина Шпильрайн. И главное, та линии упрощения, которая все четче прослеживается в последних фильмах Кроненберга. Но с другой стороны – это ведь Дэвид Кроненберг, а это сегодня все же еще что-то да значит.

26. Saya Samurai, Хитоши Мацумото


Хитрый и остроумный японский автор Хитоши Мацумото, реаниматор и экспортер абсурдного японского юмора, неоднозначно понятый после психоделического Shiboru («Символ», 2010) уже заканчивает свою новую работу. Его третий фильм, похоже, собирается в пародийной манере разрушать конвенции фильмов о самураях, что до него, правда, сделано не раз, хотя бы тем же Ясудзо Масумурой.

27. После мрака свет (Post Tenebras Lux), Карлос Рейгедес


О новой картине «медленного» мексиканского автора Карлоса Рейгедеса, почитателя «медленных» классиков Тарковского и Дрейера, известно не много. На прошлом Берлинском фестивале режиссер рассказывал, что собирается делать полуавтобиографический экспрессионистский фильм, снимая его в местах, где сам проживал в свое время – в Мексике, Испании, Бельгии. Поддержку картины осуществляет фонд Хуберта Балса.

28. Потомки (The Descendants), Александр Пэйн


Успех двух самых милых картин Пейна About Schmidt («О Шмидте», 2002) и Sideways («На обочине», 2004), кроме витального привкуса отрицания строгости жизни, был обусловлен лучшими за последнее время работами Джека Николсона и Пола Джиаматти, а также сценарным сотрудничеством Пэйна с Джимом Тэйлором. На The Descendants Пэйн обходится без Тэйлора, а место главного актера займет пребывающий в хорошей форме Джордж Клуни.

29. Берни (Bernie), Ричард Линклейтер

Линклейтер похоже прочно обосновался на пограничной территории – территории кино, которое вряд ли будет успешно на фестивалях, но и из-за своей интеллигентности и тонкости вряд ли будет собирать полные залы. В «Берни» снова появляется Джек Блек в роли Джека Блека, к нему добавляется Матью Макконахи и Ширли Макклейн. А в самом фильме речь идет о служащем техасского похоронного бюро, который завязывает отношения с богатой вдовой, а после ее убийства, пытается всячески поддерживать иллюзию, будто бы она жива.

30. Дау, Илья Хржановский


Известно, что Харьков живет этим фильмом уже не первый год. Половина города работает на идею Хржановского, который в пределах съёмочной площадки создает свой изолированный мир, где, даже в тот момент, когда камера выключена, все участники процесса живут 1930-ми годами, эпохой жизни Льва Ландау. Хржановский менял вывески по всему городу, переодевал здания, почти что в духе художника Christo, и собирался пустить трамвай по крышам города. Сценаристом фильма, как и в «4» выступил Владимир Сорокин.

{ 2 Комментариев }

Самые популярные фразы из американских кинофильмов.

m-gluk 24.06.2010 в 14:48

Американский институт кинематографии опубликовал сто самых популярных фраз из кинофильмов. Интересно было бы такой список для советких/российских фильмов составить.

Кстати, а фраза "It's not personal, Sonny. It's strictly business." почему-то не вошла. Вот это они зря, конечно...

1. "Frankly, my dear, I don't give a ####", "Gone With the Wind," 1939.
2. "I'm going to make him an offer he can't refuse", "The Godfather," 1972.
3. "You don't understand! I coulda had class. I coulda been a contender. I could've been somebody, instead of a bum, which is what I am", "On the Waterfront," 1954.
4. "Toto, I've got a feeling we're not in Kansas anymore", "The Wizard of Oz," 1939.
5. "Here's looking at you, kid", "Casablanca," 1942.


6. "Go ahead, make my day", "Sudden Impact," 1983.
7. "All right, Mr. DeMille, I'm ready for my close-up", "Sunset Blvd.," 1950.
8. "May the Force be with you", "Star Wars," 1977.
9. "Fasten your seatbelts. It's going to be a bumpy night", "All About Eve", 1950.
10. "You talking to me?", "Taxi Driver", 1976.
11. "What we've got here is failure to communicate," "Cool Hand Luke," 1967.
12. "I love the smell of napalm in the morning," "Apocalypse Now," 1979.
13. "Love means never having to say you're sorry," "Love Story," 1970.
14. "The stuff that dreams are made of," "The Maltese Falcon," 1941.
15. "E.T. phone home," "E.T. the Extra-Terrestrial," 1982.
16. "They call me Mister Tibbs!", "In the Heat of the Night," 1967.
17. "Rosebud," "Citizen Kane," 1941.
18. "Made it, Ma! Top of the world!", "White Heat," 1949.
19. "I'm as mad as ####, and I'm not going to take this anymore!", "Network," 1976.
20. "Louis, I think this is the beginning of a beautiful friendship," "Casablanca," 1942.
21. "A census taker once tried to test me. I ate his liver with some fava beans and a nice Chianti," "The Silence of the Lambs," 1991.
22. "Bond. James Bond," "Dr. No," 1962.
23. "There's no place like home," "The Wizard of Oz," 1939.
24. "I am big! It's the pictures that got small," "Sunset Blvd.," 1950.
25. "Show me the money!", "Jerry Maguire," 1996.
26. "Why don't you come up sometime and see me?", "She Done Him Wrong," 1933.
27. "I'm walking here! I'm walking here!", "Midnight Cowboy," 1969.
28. "Play it, Sam. Play 'As Time Goes By,'" "Casablanca," 1942.
29. "You can't handle the truth!", "A Few Good Men," 1992.
30. "I want to be alone," "Grand Hotel," 1932.
31. "After all, tomorrow is another day!", "Gone With the Wind," 1939.
32. "Round up the usual suspects," "Casablanca," 1942.
33. "I'll have what she's having," "When Harry Met Sally...," 1989.
34. "You know how to whistle, don't you, Steve? You just put your lips together and blow," "To Have and Have Not," 1944.
35. "You're gonna need a bigger boat," "Jaws," 1975.
36. "Badges? We ain't got no badges! We don't need no badges! I don't have to show you any stinking badges!", "The Treasure of the Sierra Madre," 1948.
37. "I'll be back," "The Terminator," 1984.
38. "Today, I consider myself the luckiest man on the face of the earth," "The Pride of the Yankees," 1942.
39. "If you build it, he will come," "Field of Dreams," 1989.
40. "Mama always said life was like a box of chocolates. You never know what you're gonna get," "Forrest Gump," 1994.
41. "We rob banks," "Bonnie and Clyde," 1967.
42. "Plastics," "The Graduate," 1967.
43. "We'll always have Paris," "Casablanca," 1942.
44. "I see dead people," "The Sixth Sense," 1999.
45. "Stella! Hey, Stella!", "A Streetcar Named Desire," 1951.
46. "Oh, Jerry, don't let's ask for the moon. We have the stars," "Now, Voyager," 1942.
47. "Shane. Shane. Come back!", "Shane," 1953.
48. "Well, nobody's perfect," "Some Like It Hot," 1959.
49. "It's alive! It's alive!", "Frankenstein," 1931.
50. "Houston, we have a problem," "Apollo 13," 1995.
51. "You've got to ask yourself one question: 'Do I feel lucky?' Well, do ya, punk?", "Dirty Harry," 1971.
52. "You had me at `hello,'" "Jerry Maguire," 1996.
53. "One morning I shot an elephant in my pajamas. How he got in my pajamas, I don't know," "Animal Crackers," 1930.
54. "There's no crying in baseball!", "A League of Their Own," 1992.
55. "La-dee-da, la-dee-da," "Annie Hall," 1977.
56. "A boy's best friend is his mother," "Psycho," 1960.
57. "Greed, for lack of a better word, is good," "Wall Street," 1987.
58. "Keep your friends close, but your enemies closer," "The Godfather Part II," 1974.
59. "As God is my witness, I'll never be hungry again," "Gone With the Wind," 1939.
60. "Well, here's another nice mess you've gotten me into!", "Sons of the Desert," 1933.
61. "Say `hello' to my little friend!", "Scarface," 1983.
62. "What a dump," "Beyond the Forest," 1949.
63. "Mrs. Robinson, you're trying to seduce me. Aren't you?", "The Graduate," 1967.
64. "Gentlemen, you can't fight in here! This is the War Room!", "Dr. Strangelove," 1964.
65. "Elementary, my dear Watson," "The Adventures of Sherlock Holmes," 1929.
66. "Get your stinking paws off me, you damned dirty ape," "Planet of the Apes," 1968.
67. "Of all the gin joints in all the towns in all the world, she walks into mine," "Casablanca," 1942.
68. "Here's Johnny!", "The Shining," 1980.
69. "They're here!", "Poltergeist," 1982.
70. "Is it safe?", "Marathon Man," 1976.
71. "Wait a minute, wait a minute. You ain't heard nothin' yet!", "The Jazz Singer," 1927.
72. "No wire hangers, ever!", "Mommie Dearest," 1981.
73. "Mother of mercy, is this the end of Rico?", "Little Caesar," 1930.
74. "Forget it, Jake, it's Chinatown," "Chinatown," 1974.
75. "I have always depended on the kindness of strangers," "A Streetcar Named Desire," 1951.
76. "Hasta la vista, baby," "Terminator 2: Judgment Day," 1991.
77. "Soylent Green is people!", "Soylent Green," 1973.
78. "Open the pod bay doors, HAL," "2001: A Space Odyssey," 1968.
79. Striker: "Surely you can't be serious." Rumack: "I am serious ... and don't call me Shirley," "Airplane!", 1980.
80. "Yo, Adrian!", "Rocky," 1976.
81. "Hello, gorgeous," "Funny Girl," 1968.
82. "Toga! Toga!", "National Lampoon's Animal House," 1978.
83. "Listen to them. Children of the night. What music they make," "Dracula," 1931.
84. "Oh, no, it wasn't the airplanes. It was Beauty killed the Beast," "King Kong," 1933.
85. "My precious," "The Lord of the Rings: The Two Towers," 2002.
86. "Attica! Attica!", "Dog Day Afternoon," 1975.
87. "Sawyer, you're going out a youngster, but you've got to come back a star!", "42nd Street," 1933.
88. "Listen to me, mister. You're my knight in shining armor. Don't you forget it. You're going to get back on that horse, and I'm going to be right behind you, holding on tight, and away we're gonna go, go, go!", "On Golden Pond," 1981.
89. "Tell 'em to go out there with all they got and win just one for the Gipper," "Knute Rockne, All American," 1940.
90. "A martini. Shaken, not stirred," "Goldfinger," 1964.
91. "Who's on first," "The Naughty Nineties," 1945.
92. "Cinderella story. Outta nowhere. A former greenskeeper, now, about to become the Masters champion. It looks like a mirac ... It's in the hole! It's in the hole! It's in the hole!", "Caddyshack," 1980.
93. "Life is a banquet, and most poor suckers are starving to death!", "Auntie Mame," 1958.
94. "I feel the need -- the need for speed!", "Top Gun," 1986.
95. "Carpe diem. Seize the day, boys. Make your lives extraordinary," "Dead Poets Society," 1989.
96. "Snap out of it!", "Moonstruck," 1987.
97. "My mother thanks you. My father thanks you. My sister thanks you. And I thank you," "Yankee Doodle Dandy," 1942.
98. "Nobody puts Baby in a corner," "Dirty Dancing," 1987.
99. "I'll get you, my pretty, and your little dog, too!", "The Wizard of Oz," 1939.
100. "I'm king of the world!", "Titanic," 1997.

http://exler.livejournal.com/1350698.html

{ 18 Комментариев }

Джармуш "Предел контроля". Фильм о том, что жизнь не стоит ничего .

m-gluk 12.03.2010 в 22:12

Честно признаюсь, люблю Джармуша. Умеет он сочетать в одном флаконе иронию, психологизм и намёк на некоторый потаённый смысл. В "Пределе контроля" к этому набору добавился ещё один компонент - откровенная насмешка над ожиданиями зрителя. На протяжении фильма несколько раз повтряется одна и та же схема - герой фильма, долговязый негр из "Ванильно-клубничного мороженого" с непроницемым выражением лица выполнает медитативную зарядку, встречается со связными, передающими ему коробок спичек с запиской внутри и/или, как вариант, ключи от очередной квартиры, и выслушиает короткую лекцию об искусстве, науке, богеме и тому подобных вещах. Затем он перемещается в очередной пункт назначения, где эта схема повторяется вновь. Непременым атрибутом каждого эпизода является пролетающий вертолёт и кодовые фразы: "Вы ведь не говорите по-испански?", "Жизнь не стоит ничего" и  т.п. Чтобы интерес зрителя не угас, главному герою время от времени подбрасывают симпатичных голых красоток, с которыми он поддерживает исключительно деловые отношения. 

В финале этот прибывший из Америки в Испанию немногословный афрогангстер странным образом оказывается в бункере на тщательно охранямом военном обекте и непонятно за что очень неэстэтичным способом убивает Билла Мюррея, который в своей короткой речи намекает на своё не вполне человеческое происхождение. А затем столь же загадочно наш герой покидает этот обект. Но несмотря на дебильный сюжет, фильм исключительно забавен и снят с изяществом, удовлетворяющим эстетические запросы завзятых киноманьяков.  Он явно не дотягивает до "Мертвеца", "Кофе и сигарет" и "Пса-призрака", но, как по мне,  превосходит "Сломанные цветы" и "Более странно, чем в раю". Так что, если кто не видел, рекомендую, а если кому не понравится - я не виноват. Джармуш - это вам не Тарантино какой-нибудь. В его фильмах всегда больше смысла, чем кажется на первый взгляд.

{ 11 Комментариев }

Стэнли Кубрику объяснили, как нужно снимать кино.

m-gluk 09.01.2010 в 19:47

Это отрывок из передачи "Большой Город", в которой кинокритик Роман Волобуев проделал следующий эксперимент. Набрали на улице молодых людей, ни разу не видевших кинофильм Стэнли Кубрика "Космическая Одиссея 2001", и показали им это кино, заявив, что это "амбициозное творение" какого-то современного молодого азиатского режиссёра по имени Фатих Тартаковски. Кино (называющееся якобы "Через Тернии в Космос") "до сих пор не вышло в прокат ни в Америке, ни у нас", поэтому у молодёжи попросили рекомендаций, что с этим фильмом стоило бы сделать, для улучшения. Ну и вообще справились о впечатлениях. Интересный получился результат. Гггг....

 

{ 9 Комментариев }

«ЗАБРИЙСКИ ПОИНТ» - ФИЛЬМ О СВОБОДЕ.

m-gluk 07.12.2009 в 12:59

Я люблю Антониони, хотя многие из его фильмов не в моём вкусе. Мне стоило некоторых усилий досмотреть до конца «Приключение», «Затмение» и «Ночь», хотя визуальный ряд этих фильмов безупречен, а их атмосфера действует завораживающе. Иногда возникает ощущение, что эти длинные фильмы сняты ради одной-двух фраз или заголовка в газете, показанного крупным планом, а всё остальное действие – не более, чем оболочка. Это как яблоко. Чтобы червяк-зритель таки добрался до косточки, Антониони окружает её толстым слоем мякоти. «Мякоть», конечно, сочная и ароматная, вот только до «косточек» ползти далековато.

Но есть у Антониони фильмы, где нет различия между «косточкой» и «мякотью». Они как одна большая вкусная, слегка дурманящая «косточка». В них нет ничего лишнего, они динамичны, неординарны и отмечены печатью вдохновения. Это «Блоу-ап» («Фотоувеличение») и «Забрийски поинт». «Блоу-ап» слишком хороший фильм, чтобы говорить о нём вкратце, поэтому о нём я, возможно, расскажу, когда будет подходящее настроение, а сейчас есть настроение поговорить про «Забрийски поинт». На мой взгляд, это один из лучших фильмов из всех, когда-либо снятых. Не потому, что там какая-то необыкновенная игра актёров, операторские изыски или гениальная режиссура, а потому, что этот фильм - единственный в своём роде, фильм о свободе. Про ощущение свободы, про мечту о свободе, про безнадёжный поиск свободы.Читать дальше...

 

{ 18 Комментариев }

Гильермо дель Торро «Хребет дьявола». Фильм о людях и призраках.

m-gluk 20.11.2009 в 20:36

Сколько не смотрю кино, всё время убеждаюсь – нельзя судить о режиссёре по одному случайно увиденному фильму. После дурацкого «Блейд-2» ни малейшего желания продолжить знакомство с творчеством мексиканского режиссёра Гильермо дель Торро даже не возникло. Но только до тех пор, пока случайно не посмотрел «Лабиринт Фавна». Не знаю, кем надо быть, чтобы эта невероятная смесь волшебной сказки и жёсткого натурализма оставила равнодушным. Безупречная, до мурашек восторга по спине, работа оператора, отточенный монтаж, чётко выверенная динамика, сочные характеры героев и неординарный сюжет. Этот фильм, на мой немного извращённый вкус, можно считать эталоном режиссёрского мастерства. Гражданская война в Испании, увиденная со стороны фалангистов глазами маленькой девочки, превратилась в мрачноватое фэнтези, отголосок борьбы метафизических сил, чьи следы в обыденном мире способен заметить лишь особый взгляд.

Но оказалось, что «Лабиринт Фавна» не более чем вторая часть задуманной режиссером трилогии, посвящённой этой войне. Первый фильм «Хребет дьявола» дошёл до наших краёв с изрядным опозданием. В какой-то степени «Хребет» противоположен «Лабиринту». Главный герой здесь мальчик, войну мы видим с республиканской стороны, атмосфера волшебной сказки отсутствует напрочь. С формальной точки зрения это одновременно и детектив и фильм ужасов, в котором призраки вмешиваются в дела людей, но фактически, это очень тонкая и мудрая притча об алчности, разъедающей сознание человека, и о силе духа, способной противостоять злу даже в самой безнадёжной ситуации.Читать дальше...

{ 10 Комментариев }

Жан-Люк Годар «На последнем дыхании». Фильм о предательстве.

m-gluk 07.11.2009 в 22:47

Бывают фильмы, которые цепляют по-настоящему и это как раз тот случай. Свой самый первый фильм Годар снял, даже не имея средств на операторскую тележку. На улицах Парижа оператор сидел в маленьком автомобиле, который плавно толкали вручную. А с другой стороны, что толку в дорогой аппаратуре, если режиссёру нечего сказать? Этот микробюджетный фильм с малоизвестными в ту пору актёрами воистину стал поворотным пунктом мирового кино. Диалоги писал сам Годар, сюжет придумал Франсуа Трюффо, а художником фильма был Клод Шаброль. Но тогда они ещё не были мэтрами. Для них ещё всё начиналось, и это начало было подобно взрыву. Мне ещё не встречался человек, который после просмотра этого фильма не пребывал бы в лёгком обалдении. Простая до банальности история, снятая в жанре «гангстерская мелодрама», постепенно обретает глубину библейской притчи, а финал по своей мощи и катарсису, который испытывает зритель, подобен греческой трагедии.

Этот фильм тянет к себе как магнит. Он завораживает с первого кадра и не отпускает до самой развязки.Кинокритики исписали перья, радостно выковыривая из фильма цитаты, аллюзии и прочие искусствоведческие трофеи. Диалоги растащили на афоризмы, а коллеги-режиссёры, включая таких мастодонтов как Бунюэль и фон Триер, беззастенчиво использовали находки Годара в своих фильмах. Но для зрителя все эти интеллектуальные изыски остаются где-то на десятом плане, ведь, в конце концов, это, прежде всего любовная история – столкновение мужского и женского понимания мира в очень непростых жизненных обстоятельствах.Читать дальше...

{ 11 Комментариев }

Тарас Бульба - русский патриот!

m-gluk 03.04.2009 в 10:31

Фильм пока не видел, но с интересом посмотрел фрагменты, в которых гибнущие казаки перед смерьтю не забывают выкрикнуть патриотические лозунги. Ничего более абсурдного со времён Монти Пайтона созерцать не приходилось.

В дополнение к теме предлогаю любопытную заметку о фильме из ЖЖ-блога Вадима Штепы, очень толкового российского журналиста. http://rutopist.livejournal.com/851887.html

{ 7 Комментариев }